КРАСНОДАРСКОЕ КРАЕВОЕ ОТДЕЛЕНИЕ
КОММУНИСТИЧЕСКОЙ ПАРТИИ
РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

В Краснодаре прошла общественная дискуссия об Октябрьской революции

В Краснодаре прошла общественная дискуссия об Октябрьской революции

В Краснодаре в Общественной палате состоялось заседание дискуссионного клуба на тему, посвященную столетнему юбилею Великой Октябрьской социалистической революции.

Дискуссия проходила в форме «круглого стола». В ней приняли участие политики, историки, писатели, журналисты, общественные деятели.

Председательствовал И. Коломийцев. А началось заседание выступлением Ирины Грубы, заместителя редактора газеты «Краснодарские известия». Она озвучила вопросы дискуссии: «Закономерность революции или трагическое стечение обстоятельств», «Почему Екатеринодар и Юг России встали в оппозицию революции», «Что дал Октябрь России и что забрал».

Революция 17-го была закономерной!

Первым в дискуссию вступил Николай Осадчий, депутат Государственной Думы, первый секретарь Краснодарского краевого Комитета КПРФ. В частности он сказал, что Великая Октябрьская социалистическая революция оказала огромное влияние на судьбу всего мира. Грандиозность и величие этого события невозможно умалить, тем более говорить о каком-то «стечении обстоятельств».

Даже Президент РФ характеризует революцию как значимое событие и создал оргкомитет для проведения мероприятий к 100-летию революции.

-Какое может быть «стечение обстоятельств», если была еще февральская революция, а до нее революция 1905 года, и даже 1903, ведь крестьянские волнения начались задолго до первой русской революции, — отметил политик. — Чтобы правильно ориентироваться, нужно идти от фундаментальных причин, и тогда мы поймем, что имеем дело с серьезным историческим процессом, когда проблемы не решались в течение десятилетий и веков. Именно эта энергия и вылилась в события 1905 года, февраля и октября 1917-го, причем одним из главных факторов стал земельный вопрос, в решении которого нуждалась большая часть населения страны — крестьянство. Именно здесь основа для революции. Но не только это. Недостаточность свобод, прав, исчерпанность исторического потенциала самодержавия и дворянства также стали импульсами революционного движения для изменения ситуации в стране.

Власть не слышала народ и не хотела его слышать, и народ поднимался на революции, заставляя власть силой услышать себя, свои чаяния.

Включившийся в разговор историк Виталий Бондарь отметил, что, конечно же, революция юыла закономерным событием. Движущей силой был пролетариат. В феврале 17-го, сказал он, имперское устройство оказалось колоссом на глиняных ногах, власть уже не могла управлять страной.

Казачий генерал, первый атаман Кубанского казачьего войска, историк Владимир Громов в своем выступлении также подчеркнул, что для революции были все предпосылки. Не решался земельный вопрос, назрел национальный вопрос, управление государством стало невозможным, царь отказался от престола. А о чем мечтал народ? Народ мечтал о мире и о земле, сказал Громов.

Согласился с этими тезисами и писатель-историк Валентин Авраменко. По его словам, революция была закономерным явлением. Когда нарыв созревает, а общество не обращает на этот нарыв внимания, он вскрывается.

— Конечно, — продолжил Авраменко, — революция — это жертвы, они неизбежны. Французская революция тоже не обошлась без жертв, но, в отличие от нас, у них этот день отмечается.

Молодой ученый-экономист, член крайкома КПРФ Александр Сафронов в своем выступлении затронул ряд аспектов экономического развития дореволюционной России.

— Российская империя стремительно откатывалась назад — по сравнению с другими странами. Это касается уровня жизни, производительности труда и других показателей. Уже в начале двадцатого века стало понятно, что с государственным управлением происходит что-то не то. Финансовая система Российской империи пришла в расстройство еще до начала войны. К началу первой мировой войны долг государства составлял 10 миллиардов золотом и продолжал расти. К 1917 году долг составил 40 миллиардов, причем главным кредитором была Британская Корона, у которой на эти же деньги покупалось оружие, — напомнил А. Сафронов.

Он же коснулся еще одной темы.

— Хорошо, что для обсуждения, для нашей дискуссии собрались люди с научными взглядами, — сказал молодой ученый. — Ведь сейчас в СМИ присутствует столько антинаучного бреда, причем ни чем не подкрепленного. Вот, к примеру, председатель правительства говорит, что, дескать, на долгие-долгие годы после революции не было никакого роста. А статистика говорит, что к 1922 году наметился достаточный подъем. Что, пять лет — это долгие годы? А что тогда говорить о 20 годах после развала СССР?..

Как относился к революции Юг России?

Продолжением дискуссии стал вопрос, был ли Екатеринодар оппозиционным революционному движению. Ведущий И. Коломийцев, предложив обсудить эту тему, сразу же высказался в том ключе, что, на его взгляд, оппозиция не была глобальной. Факт, что противникам революции очень трудно было сформировать армию, ведь она создавалась на добровольческих началах.

Владимир Громов заметил, что казаки устали от войны и, главное, им нужно было только, чтобы не трогали их земли. Потому они не особенно рьяно откликались на призывы белых командиров становиться под ружье. Но когда началась продразверстка, они отнеслись к этим призывам уже по-другому...

Николай Осадчий добавил, что, по его мнению, вопрос сформулирован чрезмерно жестко. Ведь даже Екатеринодар не был социально и политически однороден — так же, как и весь Юг России. Если брать, к примеру, Кубанскую область, то в ней был Екатеринодар — промышленный центр, был промышленный Тихорецк — с его революционными марксистскими кружками. Были такие города, как Армавир, Майкоп, Туапсе, Новороссийск, где власть относительно легко взяли Советы во главе с большевиками. Что же касается остроты событий на Юге, то это можно объяснить тем, что именно сюда убежала из центра, из столиц часть старого офицерства. К тому же здесь были морские порты, которые позволяли белым получать помощь извне, от «западных друзей». 

— У того же белого вождя А. Деникина в его мемуарах говорится, например, что в конце 1918 года кубанцы-казаки составляли две трети в его армии, а к концу лета 19-го года их в Добровольческой армии осталось только 15 процентов — отметил Н. Осадчий.

Что дал Октябрь?

Третьим вопросом, обсужденным на заседании «круглого стола», стал такой: что дал Октябрь и что забрал.

Возникла бурная дискуссия. Каждый из участников высказал свое мнение.

Ирина Груба сказала, что Октябрь дал крестьянам землю, а затем была проведена тотальная коллективизация.

Валентин Авраменко напомнил, что для сравнения жизненного уровня до и после революции часто берут 1913 год. Да, тогда был рост, но он не сопровождался улучшением благосостояния народа. А вот Октябрь — наоборот. Также он принес разрушение колониальной системы, создание Варшавского договора, влияние Советского Союза на семьдесят процентов государств в мире, чего сейчас нет и в помине.

Виталий Бондарь сказал о том, что революция породила взаимный террор. Но в дальнейшем появились лучшая в мире система образования, квалифицированная профилактика заболеваний и многое другое.

Владимир Громов подчеркнул, что сегодня мы не знаем, куда идем, поскольку идем без целей и задач — не то что предыдущее поколение.

— Октябрь дал населению поголовную грамотность, — отметил Николай Осадчий. И далее подтвердил это на примере своей семьи, своих родителей, крестьянских детей, выходцев из крестьянства, ставших, благодаря Советской власти, учеными-преподавателями краснодарских вузов, докторами и кандидатами наук.

— Октябрь показал, что человека можно делать лучше, добрее, честнее за счет его внутренних ресурсов, а не за счет ограбления кого-то третьего — так, как это делает капитализм, все западные страны — резюмировал А. Сафронов.

Распечатать Поделиться: